Horsepower

Объявление

БАННЕРЫ:
Наши Баннеры
HorsePowerHorsePower
Наши Партнеры

Наши Друзья


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Horsepower » ФлэшБэк » Can you feel my pain?


Can you feel my pain?

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники
Tropicana|Hyuna Ten
Очередь постов
...
Время|Место
Сентябрь|Большая левада
Сюжет
Знакомство, развитие отношений.

0

2

Раннее пасмурное утро. Тусклый холодный свет чуть проникал сквозь решетки денника в лазарете. Из коридора снопами бил яркий теплый свет лампы, но Тропикана отворачивалась от него, потухшими глазами глядя в окно. Говорят, что время лечит, но это верно лишь отчасти, ведь в неправильной дозировке и лекарство становится ядом. Мог ли кто-нибудь три года назад предположить, что из  отчаянной дикарки эта кобыла превратится в столь жалкое и поникшее создание? Время работало против нее, с каждым месяцем огонь в ее глазах угасал, а из мышц уходила былая сила. Сейчас она представляла собой печальное зрелище. Лишенная былого блеска шкура из красно-гнедой превратилась в пыльную коричневую. Под ней торчали кости, чуть прикрытые тонкой жировой прослойкой. Хвост, вздымавшийся когда-то трубой, сейчас был трусливо поджат.
Многие пытались наладить с ней контакт, да и кобыла была готова покориться, но все эти люди в последний момент просто пропадали, оставляя в ее сердце все больше сомнения и недоверий. Тропикана месяцами гуляла в лазаретной леваде в гордом одиночестве. Отводил ее туда помощник ветеринара, мальчик, которому Тропикана позволяла цеплять чембур к изветшавшему недоуздку на морде и вести ее в леваду, а потом приводить обратно. Ветеринара она не любила от слова совсем, он вечно приходил с зеленкой и какими-то уколами. Тропика всегда старалась цапнуть его за палец, когда была такая возможность. Понятное дело, что и сам ветеринар не испытывал к ней дружеских чувств, а потому лишний раз старался не трогать.
Руководство клуба точно наплевало на лошадь в лазарете - ее так и не заездили, продать не удалось, а усыпить жалко. Так она и болталась неприкаяннная, не живя, но существуя в мире дорогих коней, попон и вальтрапов.
Кобыла тяжело вздохнула и зажмурила глаза. Отвернувшись от окна, за которым тихонько накрапывал дождь, она уткнулась носом в ароматное сено. Жевала она автоматически, не чувствуя вкуса. Одна сенинка ткнула ее в нос, Тропикана громко фыркнула, нарушая тишину конюшни. Снова стало тихо. Только ее чавканье отражалось от стен, да капала вода из какой-то поилки.
 Дверь лазарета открылась. Послышались знакомые шаги. Тропикана резко вскинула голову, вглядываясь через решетки денника. Мужчина-конюх направлялся к ней, видимо собираясь отвести в леваду. Тропика забилась в другой угол денника, поглядывая на парня с недоверием. Его она не знала, и ко всем мужикам относилась с опаской. Кобыла резко вскинула головой, когда тот приблизился с чембуром.
Тихо, девочка, тихо - произнес тот, попытавшись было огладить ее по шее.
Тропикана увернулась от крепкой руки с удивительной юркостью. Сахарок, который предложил ей мужчина, она все-таки взяла. В этот момент и оказалась пойманной за недоуздок. Пристегнув чембур, парень повел ее в леваду. Лошадь шла почти покорно, изредка порываясь вырваться куда-то в сторону. Но мужчина вел ее крепко, и вскоре Тропи оказалась в большой леваде. Кроме нее там никого не было.
Парень отстегнул чембур и Тропикана припустила от него с козлами и свечками.
Сумасшедшая - произнес мужчина и удалился.
Сил у арабки было немного. После короткой проскачки она устала. Скакать по грязи было сложно, да и потом шкуру все равно никто не чистил. Она встала посередине левады, устремив взгляд в пространство и вспоминая былое славное прошлое.

+1

3

Всё! - многозначительно объявила Хёна, нацарапав в табеле пометку напротив Вихря-Айрина. Я домой! За окном было так пасмурно, что хотелось телепортироваться домой, минуя улицу. Снимая с запутавшихся рыжих волос резинку-пружинку, кореянка поднялась на второй этаж в комнату Пола, который, наверное, уже давно был дома, как человек, который не просыпает работу с утра.
Пройдя к окну, девушка плотно задвинула створку. Нафиг вентиляцию, холодно. Закрыв дверь, Хёна обрушилась на диванчик, устало протягивая ноги. Ооо, как же мне хочется домой. Быть может, брат приготовит что-нибудь вкусненькое. Или уже приготовил. Мысли об очередном кулинарном шедевре в исполнении Джуна подтолкнули её собираться. Она неспешно переодела конные штаны на светло-голубых джинсы, сапожки на приличном каблуке, милый свитерок и розовую кожаную куртку сверху. Расчесала волосы небольшой расческой, которую носила с собой специально для таких случаев.
Оглядев комнату, Хёна убедилась, что ничего не забыла и не оставила разбросанных вещей, которые бы обязательно выбесили Пола, пришедшего завтра с утра. Закрыв за собой дверь, она, миновав просторный и пустынный холл, вышла на порог. Маааать моя женщина! Противная изморось уже успела превратиться в хороший такой дождь, который заливал ей зашиворот, превращал пушистые волосы в унылые темные сосульки. Мелко семеня своими каблучками, она устремилась на парковку. Пробегая мимо левад, она как-то неосознанно оглянулась на находящуюся там лошадь и, потеряв контроль за дорогой перед собой, споткнулась и с размаху рухнула на коленки и ладони, искупавшись в луже. Чёрт! Чёртова лошадь!
Девушка встала, потирая немного содранные руки. Бежать уже не было смысла - всё равно вся мокрая насквозь. Хёна, нахмурившись, пошла дальше, а потом приостановилась, глядя на одинокий силуэт лошади, стоящей не так уж и далеко от неё. В её морде читалась молчаливая насмешка - во всяком случае, так показалось девушке. Я-то сейчас сяду в машину и уеду домой в тепло - с вызовом сказала Хёна животному, шагнув с дорожки на обочину. Пожухлая трава мерзко хлюпала под ногами. А ты, ты так и будешь стоять здесь. Ещё один шаг и она уже стоит, уперевшись руками в погрызенные деревянные перекладины забора. Что-то щелкнуло у неё внутри. Или нет... Повинуясь порыву души, Хёна пролезла между перекладинами и поперлась к лошади. Ноги вязли в чавкающей грязи. Только бы не упасть, только бы не упасть. Стуча зубами и зябко обняв себя руками, кореянка подошла вплотную. Надо сказать, её поразило зрелище, которое открылось её взгляду - лошадь выглядела странно. От её натуры отдавало временем как от заброшенного, разрушающегося здания. Широко раскрыв глаза, Хёна смотрела на торчащие маклоки, острый зад и холку, выступающие реберные дуги; грязь, потоками бежавшую по шкуре. Странной шкуре, без лоснящегося блеска, который она привыкла видеть на лошадях, которые доставались ей в работу.
Тебя тут бросили, да? Забыли? - спросила Хёна в пустоту и цепко схватилась рукой за потрепанный, и почти истлевший на узкой породной морде, недоуздок. Она упрямо потащила лошадь к выходу, подворачивая ноги в вязком грунте.
Пришлось повозиться с задвижкой на калитке, которая никак не хотела поддаваться пальцам кореянки. Наконец, она торжествующе пнула калитку коленом и, выворачивая руку в плече назад, торопила лошадь в конюшню. Давай быстрее, не хватало ещё заболеть из-за тебя!
Наконец, она ворвалась вместе со своей копытной спутницей в двери конюшни, немного шокировав своим появлением местный немногочисленные народ. Кто-то забыл этого коня на улице! - возмущенно провозгласила Хёна, чувствуя, что пальцы, которыми она вцепилась в недоуздок, уже порядком окоченели. Где его денник?!
Конюх, отвлекшийся от чистки жеребца, который начал весьма громко высказывать своё расположение ко вновь пришедшим, недоуменно посмотрел на кореянку. Эта кобыла здесь не живёт, она лазаретская. Пожав плечами, добавил - и сумасшедшая.
Ага, а себя видел вообще? - задала Хёна дерзкий риторический вопрос и повела лошадь дальше по проходу. Это оказывается девочка? Если она не отсюда, дайте мне попону, чтобы она не мокла под дождем! Кореянка приткнула лошадь в первое свободное пространство - в мойку, наконец отпустив её. И устало прижалась спиной к стене, уложенной светлой плиткой. Вот и приключений нашла на свою голову. Может позвонить Полу и спросить, что делать? Хёна включила воду и стала в задумчивости поливать на свои сапожки, с которых тут же потекли грязные разводы в слив. Внимательно посмотрев на лошадь, она стала поливать ей на переднюю ногу, меланхолично наблюдая за смывающейся грязью.
Эй - обратилась она к конюху, проходящему мимо. А принеси мне шампуньку какую-нибудь.

+1

4

Черт, похоже меня решили тут сгноить - расстроенно подумала Тропикана, глядя на сумеречное небо. Часа три назад ей в леваду кинули охапку сена, которая и сейчас сиротливо темнела около входа. Кобыла изредка подходила к ней, ущипнув две-три сенинки, и снова отправлялась в задумчивости бродить по периметру левады. Думать было особо не о чем, переодически Тропика проваливалась в дрему, спотыкаясь на ходу об один из грязевых барашков. Шкура отчаянно чесалась от грязи и пыли, поэтому Тропи извалялась, хотя это было явно не лучшим решением. Мокрая грязь пропитала всю шерсть, сделав ее похожей на чудовище. К тому же кобыла быстро замерзла и начала стучать зубами. Когда грязь высохла, Тропикана продрогла уже окончательно и прокляла все вокруг.
 То, что ее забыли, было неудивительно для нее. Ничего хорошего от двуногих она не ждала, люди вечно причиняют только боль. Начался сильный дождь, который снова намочил и размазал грязь по спине и бокам  кобылы. Было очень и очень холодно, а еще грязно и обидно. Стоя по путы в грязи, Тропикана наблюдала сквозь полуопущенные веки за снующими мимо человеками, которым не было до нее никакого дела. На очередную девушку, вышедшую из теплой и светлой конюшни, она и не обратила внимание. Пока та не навернулась прямо в грязную лужу. Ха - злорадство шевельнулось в душе у лошади.  Тропикана не была злой, о нет. Она была несчастной.
Я-то сейчас сяду в машину и уеду домой в тепло. А ты, ты так и будешь здесь стоять - незнакомка приблизилась к ограждению левады, Тропика слышала ее слова.
 Ну и вали - фыркнула кобыла, прикрыв глаза. Ее нещадно заливало дождем, она промерзла до костей. Когда она вновь открыла глаза, то с удивлением обнаружила девушку прямо перед собой. Незнакомка была не похожа ни на одного из известных ей людей, своим разрезом глаз и миниатюрностью.  Ну и чего ты хочешь? - Тропикана посмотрела на незнакомку отсутствующим взглядом. Так смотрит на мир своими окнами подслеповатый нежилой дом, внутри которого не осталось ничего, кроме воспоминаний старых жильцов.
 Тебя тут бросили, да? Забыли? - Тропика внимательно прислушивалась к словам незнакомки, в ее речи больше не было того ехидства.
 Кобыла с досадой хотела отвернуться.  меня забыли пару лет назад, женщина -подумала она, но отвернуться не успела - маленькая узкоглазая девушка оказалась удивительно быстрой и цепкой. Во мгновение ока она схватила недоуздок, и уже потащила гнедую на выход, та только глаза раскрыла и зафырчала.
 -Дамочка, можно и понежнее, - проворчала она, но все же покорно переставляла ноги на пути в тепло и уют.
Калитка поддалась не с первого раза, поэтому азиаточка вышибла ее с ноги  Вот это наши люди, - отметила гнедая, радостно предвкушая ужин в тепле. Девушка потащила Тропикану в сторону конюшни, на что та только обрадовалась. В конюшне витал аромат сена и чистоты, но не стерильной, как в лазарете. На развязках в проходе стоял красавец-мужчина вороной масти.  мать моя кобыла, в каком я непотребном виде, - с грустью подумала Тропика, отвернувшись от жеребца.
 Все это время она спокойно следовала за девушкой, которая явно ее спасала. Это, видимо, вызвало большое удивление у конюха, который смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Кобыла покорно проследовала в отдельное помещение, вступив на кафельный пол.
 Тут спутница отпустила ее, и Тропикана получила возможность обследовать помещение. Но возможностью этой она не воспользовалась, продолжая стоять рядом со своей спасительницей. Лошадь все еще с опаской смотрела на нее, ожидая подвоха. Девушка внезапно схватила какую-то змею, из которой лилась вода. Тропика отпрянула на пару шагов, зафыркав. Но девушка направила струю на свои ноги, и кобыла осторожно приблизилась, расширив глаза и стараясь не пропустить момента, когда странная штука накинется на нее. Но пока поводов для обороны не было, Тропи чуть расслабилась и отвела уши по сторонам. Но тут девушка направила воду на нее.  эйэйэй! Погоди-ка.. вода теплая? - это открытие весьма порадовало кобылку, она сама начала подставляться под теплые струи. Тропикана вспомнила про свое пересохшее горло. Она потянулась мордой вниз, к живительной влаге. Только вот пить из шланга лошадка не умела. Она попробовала лакать, как собака. Результатом стало то, что она обрызгала все вокруг, включая девушку и себя. Потом она попробовала закусить шланг, но напод был слишлом сильным, она не успевала пить, все лилось вниз и брызгалось в стороны. Но спустя две минуты кобыла почувствала приятную наполненность в желудке. С самого утра она кроме сена не видела ничего. Напившись, Тропикана с благодарностью посмотрела на девушку. теперь и помирать не страшно, да

Отредактировано Tropicana (2016-31-10 16:14)

+1

5

Хёна ухмыльнулась, глядя на расширенные, какие-то странные глаза лошади. Чего ж ты пучеглазая-то такая? Порода?  Лошадь-чихуахуа… её новая знакомая не была похожа ни на пони, ни на Алкиду с Вихрем – слишком зыбкая, быть может, именно за счёт этой ужасающей худобы и заброшенности, и в то же время, какая-то ... вычурная? Особенно изгиб морды.
Кобыла пыталась пить, вызывая тихий, едва сдерживаемый смех кореянки, которая уже, кажется, и позабыла, что лошадь брызгает водой на её «приличную одежду не для конюшни», что сама она мокрая насквозь, а на каждом сапоге по килограмму грязи.
Мисс Тен, шампунь. – конюх протянул руку с большой бутылью через решётку. А, спасибо. А мочалки нет никакой? Ну… чем там лошадей моют? Скребок? Губка? Ёршик? Кивнув, мужчина ушёл, а Хёна с характерным щелчком открыла крышечку на бутылке и понюхала её содержимое; бегло пробежалась глазами по ярким лозунгам на этикетке. Будешь пахнуть как альпийская свежесть – заявила девушка и ткнула открытую бутылку кобыле в нос, чтобы та тоже могла заценить аромат.
Мужчина появился снова – протягивая ей целый ворох непонятных вещей. Эта штука  для того, чтобы потом воду согнать – пояснил конюх, указывая взглядом на скребок. Ок. А как её зовут? Тропикана.
Девушка чуть зажала пальцем отверстие, из которого лилась вода, делая напор более сильным, и стала поливать кобылу, смывая с неё волны грязи. Тропикана. Кто тебя так обозвал?  - между делом заметила кореянка. Её собственные волосы, от влажности завернулись, если не до состояния альпийской свежести, так уж точно до альпийского барана; Хёна то и дело раздражённо убирала их с лица. Запарившись, она вскоре сняла с себя куртку и повесила её на решётку двери.
Смыв грязь, Хёна озадаченно перебиралась в руках то, что ей принесли, остановилась на большой губке, похожей на автомобильную. Щедро налив на неё «альпийской свежести», девушка без каких-либо опасений подошла к кобыле вплотную и стала намыливать её, покрывая тёмную шкуру белоснежной густой пеной. Запах, как от освежителя воздуха. Неужто для девочек нет каких-нибудь шампуней, например, с запахом роз? В процессе намыливания, девушка сняла и бросила на пол недоуздок. Шерсть под ремнями показалось какой-то то ли чистой, поскольку была заслонена от окружающей среды, то ли затёртой.
Благо, лошадь не отличалась гигантским ростом, поэтому не возникло проблем с тем, чтобы намылить спину, шею, голову. В местах сильных загрязнений, Хёна ещё потерла и щёткой. Напоследок, она вспенила длинные волнистые пряди хвоста, гривы и чёлки. О! У тебя во лбу белое пятнышко, оказывается, есть! – сообщила девушка и принялась смывать пену, которая, становясь желтовато-коричневой, стремительно убегала в слив.
Отступив на несколько шагов назад, Хёна оценила свою работу. Всё зашибись, только у тебя ещё и живот есть. Пришлось намыливать отдельно живот и, заодно, ноги.
Хёна сама уже так взмокла, хоть выжимай – да, нечасто ей приходилось совершать столько интенсивных телодвижений в душном чрезвычайно тёплом пространстве.
Всё! Беспечно бросив шланг на пол, девушка, стала ходить вокруг кобылы, не всегда обходя её с безопасных сторон, и сгоняя воду скребком, который всё никак не хотел скользить ладно, так как лошадь была слишком тощей.
Выключив воду, Хёна распахнула дверь в конюшню, с удовольствием вдыхая свежий воздух. Дайте кто-нибудь что-нибудь на голову ей одеть. И забирая вложенный ей в руки чистенький недоуздок, задала ещё один вопрос – а как сушить? Фен какой-нибудь там, полотенчико… Фен – мужчина усилием воли подавил в себе приступ смеха. Иди в манеж и ходи теперь с ней, пока не высохнет. Кстати, - Хёна остановила его уже в пол оборота к бегству. Почему к ней так все относятся? Тот бросил через плечо – Она дикая, клубу таких держать нерентабельно. Сейчас тихая слишком, заболела, наверное. Ты в понячий пойдёшь? Я принесу попону.
Хёна, зайдя обратно в мойку, напялила на лошадь сравнительно новый чёрный недоуздок с объёмным тёмно-синим мехом на носу.  Нерентабельно – бормотала она себе под нос. Что теперь сдохнуть тебе что ли, раз нерентабельно. И что значит дикая?
Кореянка забрала куртку  и резво потащила кобылу за собой по проходу, мимо сытых и упитанных лошадей, мирно сопящих в своих денниках. По дороге она, воровато оглянувшись по сторонам, прихватила чужой стакан с тумбочки, полный более чем на половину ароматными мюсли.
Вот и манеж, как и ожидалось – пустой. Хёна запустила лошадь вовнутрь и закрыла дверь. Грунт манежа, конечно, был не такой вязкий, как та грязь в леваде, но всё равно на каблуках по нему ходить – не самая приятная затея. Девушка буквально надела кобыле скомунизженный кормовой стакан на нос, нетерпеливо ожидая, пока та его опустошит. Может ты сама походишь, а? - спросила Хёна, когда с короткой трапезой было покончено, и шлёпнула ладонью по мокрому крупу, побуждая лошадь ходить-сушиться самостоятельно.

+1

6

Женщина смеялась над попытками Тропиканы напиться, даже не ругаясь за облитый наряд и испорченную обувь. смешно ей, - фыркнула кобыла, подняв взгляд на свою новую необычную знакомую. Она пока не решила, нравится ей эта девушка или нет, но неприязни она абсолютно точно не испытывала. Хотя бы за одну ее смелость можно уже было бы зауважать узкоглазую, не побоялась остаться один на один с дикой кобылехой. Тропике импонировали сильные личности, она и сама была не робкого десятка. а мы в чем-то похожи, странная чокнутая женщина, - гнедая подобралась на шажок поближе к ней, с любопытством вытянув морду и обнюхивая новую знакомую.
  Конюх вернулся с бутылкой в руках. Увидев мужика, который не внушал ей никакого доверия,  Тропикана сделала страшную морду, заложив назад уши, и клацнула зубами рядом с его лицом, которое было вне досягаемости из-за решетки. Тот отпрянул, и кобыла довольно махнула хвостом. Бутылка оказалась в руках у девушки. Тропика не проявила никакого интереса к ней, но Тен ткнула ей бутылкой прямо в нос. Запах сразил ее наповал, кобыла громко фыркнула и выпучила глаза. эй, я не хочу этим вонять, это же ужасно,  - возмутилась она, продолжая отфыркиваться. Но едкий аромат прочно засел в носу, не желая оттуда выветриваться.
Пока Тропикана разбиралась с этой вонью, попутно начихав на все вокруг, мужчина принес кучу щеток. Он с опаской поглядывал на кобылу, и как-то странно на девушку. Во всяком случае, Тропике нравилось так думать и чувствовать свое превосходство над этими двуногими. Кобыла почувствовала воду на боках и отступила назад. Ей это явно не понравилось в первые секунды, однако когда вода перестала казаться холодной, то лошадь сама подставила бока под струи. Глядя на растекающиеся по кафелю темные лужи, Тропикана с ужасом думала: до чего же я себя запустила, - последний раз ее чистили наверное с месяц назад. Причиной было и то, что она никого не подпускала, кроме ветеринара и его помощника, и то, что у них не было времени и желания возиться с ней. Особенно тяжело ей было признаться себе в том, что ей это нравится. Что она с удовольствием принимает сейчас уход и заботу девушки, с удовольствием ощущает освобождение от слоев многодневной грязи. Когда руки Тен потянулись к морде, Тропикана инстинктивно отпрянула, задрав голову. Кореянке пришлось повозиться, прежде чем она смогла уцепиться за недоуздок и снять его. Впервые за много дней кобыла почувствовала свободу от этих ужасных ремней, которые порядком поднадоели и натерли морду в особо чувствительных местах. После этого она посмотрела на освободительницу немного другими глазами, даже позволив ей намылить и морду тоже. 
Да, да, продолжай массировать мои лопаточки, - кобыла чуть не выгибалась кошкой и не мурчала под резиновой мягкой щеточкой. Живот был довольно щекотливым местом, но Тропика перетерпела и это, все ради ощущения обновления и чистоты. Почувствовав себя снова чистой красоткой, Тропикана довольно уставилась на девушку. Та снова общалась с этим мужиком, который протянул ей новый недоуздок. Кобыла отчаянно не хотела снова  надевать эти жуткие пыточные ремешки, но видя взгляд хитрого парня, который видимо ждал, как дикая лошадь будет размазывать девушку по стенке, она передумала. Назло ему она сама просунула голову в недоуздок, спокойно давая ей заcтегнуть карабин. Пусть он попробует теперь сам это проделать, - ухмыльнулась лошадь, предвкушая расправу в будущем. Ну а пока что девушка потащила ее куда то, по проходу конюшни.
Эй, я не хочу отсюда уходить, - засопротивлялась было Тропи. Да и сил у девушки было не так много. Но ее недюжинное упрямство поражало кобылу, пожалуй, Тен была поупрямее ее самой. Невозможно было сопротивляться этому напору энергетики. Во всяком случае сейчас, когда Тропика была голодной, уставшей и обессилевшей. Она волочилась на другом конце чембура, еле переставляя ногами.
В манеже было пусто и тихо. Тропикана ни разу не была тут, но сейчас ее абсолютно не интересовала окружающая обстановка. Тем более, когда перед носом появилась столь долгожданная еда. Ммм, это не овес, - подумала Тропи, чавкая громко и с причмокиванием. Мюсли она оценила по достоинству.
Может, ты сама походишь, а? - сказала девушка, когда с трапезой было покончено.
Она совершила после этих слов довольно опасный маневр, за который кто-то другой получил бы как минимум копытом. Но сегодня у Тропиканы было крайне хорошее настроение, поэтому она лишь прижала уши в ответ на этот бестактный жест. Кобыла расстроенно посмотрела на девушку, но понуро пошла шагать. В голове ее созрел план. Ушла Тропика в другой конец манежа. Там висело большое зеркало, в котором она долго рассматривала себя. Худые бока ей не понравились, но чистая шерстка была что надо.
Когда кобылка почувствовала, что уже почти высохла, она кинула хитрый взгляд на девушку и как ни в чем ни бывало направилась в центр манежа. Уткнувшись мордой в землю, она обнюхивала песок и нашла место помягче и поприятнее. Пара секунд - и арабка бухнулась на колени, а потом и на бок. С наслаждением прокатившись пару раз по песку и перевернувшись на другой бок, Тропикана вскочила на ноги и отряхнулась, довольно посмотрев на кореянку. С невозмутимым и довольным видом, в котором сквозила насмешка, Тропика направилась к девушке.

+1

7

Девушка, прислонившись спиной к шершавым деревянным воротам, следила взглядом за мокрой кобылой, неторопливо пронесшей своё худое тело из одного конца манежа в другой. Тропикана, кажется, смотрела на себя в зеркало. Надо же, понимает что-то. Как девчонка рассматривает себя в отражении. - подумала кореянка, закидывая пустой стаканчик из-под мюсли куда-то за ворота, в бок. Глухой стук пластмассы о бетон вскоре затих, не оставив эхо. Надо бы, конечно, вернуть на место, но с другой стороны спалиться перед кем-нибудь с пустым стаканом тоже так себе перспектива.
Когда же я поеду сегодня домой? - пронеслась тоскливая мысль, заставив девушку зябко потереть руками предплечья. Промозглая сырость пропитала всю её одежду насквозь. Вообще, конечно, остается загадкой, зачем она всё это делала, особенно если учитывать что лошадей рассматривала исключительно как объект заработка. Жалко стало? Хёне? Жалко? Хм.
Лошадь вышла в середину манежа и с толком, да с расстановкой извалялась в грунте манежа. Действия кобылы сопровождались звонким смехом девушки, которой происходящее показалось забавным. Все лошади такие неуклюжие, когда не стоят на всех четырёх ногах.  Зачем она так сделала? Почесалась? Хреново, наверное, жить, когда спину приходится о землю чесать.
Встав на ноги, Тропикана направилась в сторону кореянки, которая с наигранным укором покачивала головой. Вот свинюшка, а!  - звонко воскликнула девушка, сопроводив фразу не менее звонким смехом. Её прервали приближающиеся шаги; Хёна обернулась.
-Мисс Тен, попона! Подошедший конюх, слегка размахнувшись, повесил увесистый сверток клетчатой ткани на ворота рядом с девушкой. - А... - рассеянно отозвалась Хёна, отрываясь взглядом от белой звездочки во лбу лошади. Спасибо. А где она живёт? - В лазарете. -А почему в лазарете, она чем-то больна? - Она здесь никому не нужна, а ветеринар с ней, вроде как ладит. -Хм.. Хёна на миг задумалась. - То есть, у неё нет берейтора? Мужчина кивнул в ответ, мельком оглядывая этот скандальный арабский силуэт, наверное, прикидывая с каким трудом будет тащить это животное обратно в лазарет, если эта дерзкая азиатка (с которой всегда почему-то очень много проблем), не справится сама. - А если я буду берейтором? - То Мистер Энтвуд этого точно не оценит. – иронично отметил мужчина, почёсывая короткие волосы на затылке.  - Ну, Мистер Энтвуд и не узнает - пожала плечами Хёна и подмигнула конюху. - Она может ударить, укусить, на ней невозможно ездить. Что ты с ней будешь делать? - Пока ещё не ударила ведь. Конюх пожал плечами. - Есть свободный денник примерно в середине конюшни, я подпишу его мелом - пусть будет жить тогда там. Спасибо.
Тяжелые шаги стихли в коридоре, а Хёна, взяв попону, сделала несколько шагов навстречу Тропикане. Ну и что ты такого натворила, что к тебе так все относятся? - спросила девушка, подходя уже вплотную и касаясь ладонью дрогнувшей тонкой шкуры на плече. Кореянка не стала надевать попону, так как переводить лошадь из здания в здание уже не требовалось.
Взявшись рукой за недоуздок, Хёна повела Тропикану в ее новый денник. Она шла, неторопливо цокая каблуками по бетонному полу и внимательно скользя взглядом по длинному однообразному ряду табличек. Попону она небрежно держала в другой руке и волочащаяся по полу железная застежка дополняла многоголосый шум конюшни новыми звуками.
Позднее время уже смыло из помещения прокатчиков/арендаторов/берейторов, копошились только конюхи и какие-то рабочие по снаряжению, громко споря, стоит шить порванную уздечку или просто выкинуть.
Наконец, Хёна увидела на досках крупные белые буквы. Тропикана - прочитала она вслух и завернула вместе с лошадью в открытую дверцу. На полу лежал ровный пушистый слой опилок, пахнущих лесом и разворошённая охапка душистого сена. Ммм как у тебя тут вкусно пахнет!  - заметила девушка, снимая с морды кобылы недоуздок. Она вышла из денника, легкомысленно оставляя дверь открытой, но сразу же вернулась, прихватив чью-то щётку из прохода. Хёна наскоро отряхнула с лошади песок, а потом-таки взгромоздила на её спину попону. В попоне, скрадывающей мягкими линиями торчащие кости, Тропикана смотрелась лучше. Ну лан. – кореянка погладила худую шею, я пошла домой, вернусь завтра. Вечером, наверное, а то Полик спалит. Судя по тому, как тебя описывают, он будет очень против, чтобы мы общались.
Хёна тихонько выскользнула из денника, закрыв за собой дверь. Зябко обняв плечи, она устремилась по коридору на выход. Пока было закончить этот бесконечный день.

+1


Вы здесь » Horsepower » ФлэшБэк » Can you feel my pain?