Horsepower

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Horsepower » Отыгранный ФБ » Не отрекаются любя


Не отрекаются любя

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

Участники
Tania Gerber and Helios's Juta
Очередь постов
Юта, Таня
Время|Место
Прошлый год, октябрь
Сюжет
Встреча

0

2

Как же было сильно чувство разочарования и, вместе с тем, злобы, когда Юта, однажды, придя к воротам рынка, увидела за ржавым забором технику, варварски сносящую хлипкие постройки. Это означало, что через какой-то промежуток времени на этом месте вырастет супермаркет, вокруг него соберутся машины, и из него вовсе не вынесешь кусок мяса. Есть нечего. Разочарованно вздохнув, Юта тёмной тенью скрылась во дворах.
На третий день вынужденной голодовки, перебиваясь лишь редкими и мелкими кусками, собака решила наведаться в центр города.
Пригнувшись, на полусогнутых ногах, она нацелено шла к кафе. Холодный осенний ветер волновал барашки на лужах; после ночного дождя было сыро, в серое хмурое небо поднимались водяные пары, делая атмосферу непривычно живой. Приостановившись, Юта обернулась назад – улицы застилал густой туман. Идеальное преступление.
Вот и столики; приличное кафе, ведь в забегаловку чаще ставят дешёвые пластмассовые столики, а не деревянные, причудливо и важно попирающие фигурными ножками мостовую. Деловито перебежав через мало оживлённую дорогу, Юта не менее деловито пошарила по тарелкам, которые ещё не успела убрать официантка. Но там ничего интересного не было – клиент через чур голодный попался – вылизал всё до последней крошки.
Другой обследованный столик тоже не был удачен. Пронзительно и методично Юта рассмотрела каждого клиента; что в руках, что ест. Живот сводило от голода; Юта вдруг подумала, что больше всего ей бы сейчас хотелось по-щенячьи плюхнуться на попу и кричать, кричать, пока её рот не заткнут чем-то съестным. Но это была вздорная мысль.
Взгляд её остановился на темноволосой девушке, она явно заказала что-то мясное. Чуть подавшись вперёд, но, не двигаясь с места, собака потянула носом, вдыхая блаженный запах. Затем, целенаправленно, рысью, побежала к этой особе. Особым образом Юта церемониться не стала, просто с размаху, покачнув даже стол, запрыгнула на стул, стоящий напротив девушки. Холодно глядя ей в глаза, собака чуть склонила голову набок, затем, выразительно кивнула на еду. Тем временем живот издавал характерные звуки, делая её намёки всё более ясными.

+1

3

Промозглый осенний день. Таких с каждой неделей в календаре становилось все больше и больше. На смену солнечным лучам, которыми природа радовала нас аж до конца сентября, пришли холода, а вместе с ними и нестерпимое желание зарыться носом в одеяло и сидеть возле окна с кружкой горячего чаю до весны, пока воющий ветер и надоедливая дробь дождя не стихнут вместе с листопадом.
Туман расстилался по дороге еле заметной дымкой. Все смотрели под ноги, стараясь не угодить в лужи, которые заполнили каждую трещинку старого асфальта, но мало кто видел что-то перед собой. Видно было, что каждый из них был погружен в свои мысли слишком глубоко.
За этой безликой, потерявшейся самой в себе толпой, спешащей куда-то в разные концы большого города, не спеша шла и Таня вдоль большой набережной. Неспокойные волны океана, которые подначивал ветер разбивались белой пеной о каменные своды моста, что серым гигантом нависал над водой.
Таня смотрела вниз, на волны. Они были серыми, угрюмыми, как и сам этот день. В них еле заметно белело отражение потерянного за тучами солнца, но его робкие проблески света уже совсем не радовали. Наоборот, остатки тепла, которые уже почти не чувствовались за ветряными порывами, напоминали о давно минувшем знойном лете.
Девушка шла вперед, часто поглядывая вниз, за широкую, каменную ограду моста. Возвращаясь из торгового центра, она решила, что не хочет проводить остаток дня перед телевизором.
Машина, по особо "удачным" обстоятельствам сломавшаяся в прошлый понедельник, сегодня пылилась в гараже. Часа три назад Таня впервые за последние несколько лет вспомнила, как ненавидит общественный транспорт. А сейчас она брела по тротуару с четырьмя большими, но легкими пакетами и вовсе не хотела возвращаться домой тем же способом, что и добиралась сюда.
Перейдя на светофоре улицу, брюнетка, одетая сегодня в шерстяной свитер кристально-белого цвета, а так же в темно-синие джинсы и сапоги, побрела вдоль домов. Невысокие, пятиэтажные здания, фасады которых напоминали о том, что еще в совсем недалеком прошлом небоскребы были лишь редкими гостями городов, а не их хозяевами, стояли длинной грядой и расходились в стороны, образовывая между собой узкие бульвары и улочки наподобие тех, которыми путники любуются в далекой Европе.
На углу одной такой улочки, пристроенное к зданию, стояло небольшое кафе, вывеска которого пестрила зелеными неонами. Асфальт переходил здесь в каменную брусчатку и от всего этого можно было бы подумать, что ты сейчас остановилась перекусить где-нибудь в римском ресторанчике.
Таня устало присела на один из стульев, стоящих на открытой площадке кафе. Она еще раздумывала над тем хочет ли есть, но официантка подлетела так быстро со своим меню, что раздумывать уже не пришлось. Вокруг было много народу, но еще больше было стульев, которые пустовали. Тут и там назойливые запахи еды витали в воздухе и соблазняли уставших горожан. Гербер почувствовала, как в голове зреет план зажарить какого-нибудь слона на ужин. Почему-то голод застал ее очень спонтанно и резко.
Официантка вежливо помогла брюнетке выбрать блюдо, которое приготовят быстро и которое можно будет съесть, не получив отравления, а затем она мгновенно скрылась где-то между столов.
В ожидании своей отбивной, от одного итальянского и сложнопроизносимого названия которой уже текли слюнки, темноволосая девушка вертела в руках длинный чек, который получила в магазине. Детская одежда, погремушки и кофточки для беременных, которые после рождения ребенка Таня собиралась сжечь в керосине и забыть, как страшный сон... Всего набралось на несколько сотен баксов.
Вздохнув, она скомкала чек и бросила его на тротуар возле решетки, в которую уходила сточная вода. Брюнетка повернула голову через плечо и, не обнаружив нигде вокруг официанта со своей едой, достала из пакета журнал. Она обеспокоенно водила глазами по страничке со сводкой недельных новостей. Там кого-то убили, тут кого-то оскорбили... Разве ж это новости? Такое происходит каждый день и каждую минуту, этим уже никого не удивишь. Вот если бы какой-нибудь депутат вдруг взял и просто так понизил налоги на собственность, вот это была бы новость.
Девушка читала между строк, все это было ей малоинтересно. Новости, политика, преступность... Лишь способ скоротать время.
Когда стол чуть пошатнулся и рядом что-то звонко брякнуло, Таня радостно откинула скучный журнал на стол, ожидая увидеть девушку с отбивной, но ее не оказалось. Вместо этого Гербер встретила напротив себя голодный, острый собачий взгляд. Появившийся из пустоты пес был шоколадного окраса, с желтыми, хищными глазами. Питбулль. Не узнать питбулля было бы для Тани очень стыдно. Широко улыбнувшись, девушка наклонила голову чуть набок. Такой встречи она уж точно не ожидала, но как настоящий любитель собак не могла отказать голодной мордахе в помощи.
В толпе посетителей официантка была так занята работой, что даже не заметила сидящую на стуле собаку. Девушка быстро поставила тарелку на стол и унеслась внутрь кафе с очередным заказом.
Таня смотрела за тем, как любопытствующий взгляд напротив буравил отбивную. От этих голодных глаз, однако, не веяло попрошайничеством. От них исходило целенаправленное "я. это. съем." Будто только ради приличия, но уже зная, что все равно кусок будет её, собака забавно склонила голову, кивнув в сторону тарелки. Гербер улыбнулась еще шире и облизнула засохшие губы. Одним ногтем указательного пальца она пододвинула тарелку к собаке. Угощайся.
Наблюдая за тем, как быстро ее отбивная исчезла в пасти животного, Таня молчаливо встала из-за стола, собрав свои пакеты. В одном из них она откопала свой кошелек и оставила на столе 10 долларов, придавив их пустым блюдом.
Девушка еще раз посмотрела на собаку и с чувством удовлетворения, будто сама съела это угощение, медленно пошла прочь, вдоль длинной мостовой. Ну, хоть кому-то сегодня помогла. - подумалось ей. Таня грустно улыбнулась, оборачиваясь, чтобы еще раз взглянуть на золотистые глаза. Сочувствие к брошенным животным, вынужденным питаться объедками там и тут на улицах города вызывали у нее больше сострадания, чем люди, оказавшиеся в такой же ситуации. Люди глупы. Они сами подводят себя к этому краю, но, что ужаснее всего - ничему не учатся на своих ошибках, а животные, они, увы, слишком зависимы от людей, которые забыли усвоить одну простую истинну. Мы в ответе за тех, кого мы приручили.

+1

4

Хитро и холодно вглядываясь в эти тёмные глаза напротив, в приятные черты лица молодой девушки, Юта вдруг осознала, что этот образ уже имеет в её памяти отпечаток. Секундное промедление, недоумение, сменилось на лице девушки широкой улыбкой. И Юта вспомнила, как когда-то давно рвала добермана, принадлежавшего этому человеку. Впрочем, воспоминания не успели захватить её; узнав свою «знакомую», собака уже не могла надеяться на милость, на подачку. Схватить и убежать – надо было действовать.
Вдруг тонкий палец, толкнув тарелку, подвинул её к грязной собачьей морде, уже успевшей закапать чистую скатерть слюнями. Жадно, бросаясь словно кобра на добычу, Юта схватила этот кусок, даже не замечая острых специй, какого-то соуса. Итальянская отбивная исчезла в огромной пасти; уткнувшись носом в тарелку, собака вздёрнула голову вверх, лишь когда девушка поднялась на ноги и на собаку упала тень от её фигуры. Подсознательно Юта всегда ожидала удара и всегда была готова принять его оскаленной пастью. Бродячая жизнь твёрдо вдолбила ей в голову, что вокруг полно предательства. Что рука, секунду назад ласковая, может внезапно занестись для удара.
Но девушка, оказавшаяся столь мягкосердечной, собрала какие-то свои пакеты и собралась уходить. Напоследок она оглянулась, сочувствующе улыбаясь, глядя в миндальные глаза Юты. Неужели я настолько жалка, что заслуживаю сочувствия. Как это горько и больно. Гадко! Собака опустила взгляд полный бессильной ярости в пустую тарелку с жирными разводами. Наверное, она становится стара, но всё чаще от чего-то щемило сердце: быть может от болезни, а скорее всего, от осознания своего положения. Ведь в последнее время всё больше она походила не на «вольную» собаку, а на грязную побирашку. С каждый грязным пятном на неё шкуре, с каждым походом на помойку, её самолюбие медленно уступало место угрюмой реальности.
Когда собака подняла взгляд, девушка уже скрылась из виду. Спрыгнув со стула, Юта вдруг заметила притаившийся под углом скатерти позабытый пакет. Сунувшись в него носом, собака уловила запах рук той девушки. Надо вернуть. И казалось, с чего бы такие мысли у простой бродяжки. Неужто на излучине своей судьбы Юта решила вспомнить, что такое благородство?
Схватив зубами этот пакетик нежно розового цвета, в котором покоились выбранные заботливыми руками будущей матери крошечные вещички, Юта отбежала прочь от столиков. Уткнув нос к земле, среди тысячи чужих запахов она мучительно пыталась найти тот, который ей нужен. Увы, особым нюхом питбуль на наделён. Вроде бы найдя нужную нить, собака сразу же теряла её, беспокойно кружась на месте и от бессильной злобы так сильно сжимая зубами пакет, что тот насадился на её зубы как на пики. Или… помните, как раньше в трамваях пробивали билетики?
Но вот он след, собака, вожделенная надеждой, понеслась вперёд, то и дело резко останавливаясь, царапая когтями старый асфальт, и зорко оглядывая окружающую действительность, пытаясь различить тот ослепительно белый свитер и тёмно-синие джинсы. Ещё минута напряжённого поиска и вот он – белый свитер, медленно уходящий среди другой серой массы людей. Теперь, видя только одного человека среди людской толпы, Юта бежала со всех ног, не замечая преград. Дорога встретила её визгом тормозов, пронзительными сигналами; вывернувшись из-под железных монстров, продравшись сквозь толпу людей, ожидавших автобус на остановке, собака остановилась перед Таней, обернувшейся посмотреть, что стало причиной такого переполоха. Юта стояла широко расставив ноги, будто земля могла уйти из-под её цепких лап. Пасть была широко раскрыта, высвобождая шумное дыхание; на клыках висел проколотый нежно-розовый пакетик, внутри которого в целости и сохранности лежали вещи.

+2

5

Стучащие звуки чужих каблуков, чьи-то совсем не похожие друг на друга голоса, фигуры, походки были везде вокруг. Идя вдоль домов, по длинной улице, усеянной высокими фонарными столбами, Таня всматривалась в каждую скользящую мимо нее тень. Удивительно, как непохожи были все они между собой. Каких только неповторимых и ядовитых смесей настроений не было в этих искаженных недовольством лицах. Медленные шаги Тани, идущей прочь в своих мыслях, перебивались еще сотней чужих шагов, которые семенили тут и там.
Девушка слушала чужие разговоры лишь поверхностно. Она грустно улыбалась, смотря вперед, на асфальт. Какое-то печальное впечатление осталось после этой нелепой встречи с собакой с тигриными глазами. То ли это ностальгия взяла свое, то ли этот образ бездомного животного, вынужденного жить волчьей жизнью, подбирая и добывая себе объедки человеческих радостей застрял в голове.
Она шла сквозь толпу, просачиваясь между людьми и их многочисленными сумками. Гудели машины, нетерпеливо пробиравшиеся через дымящую толпу точно таких же как они. 
Девушка в белом свитере не останавливалась даже на секунду, хотя ноги уже просили откланяться. Куда бы она не смотрела - везде была суета. В этой бесконечной спешке, стоя на пешеходном переходе, брюнетка вспомнила, что совсем позабыла тех, кто был в ее жизни раньше. Теперь она была здесь, вместе с этим вечно циркулирующим потоком людей; она сама становилась его частью, все реже забывала остановиться и просто вздохнуть, вспомнить, что ненавидит города с их привычными многолюдными бульварами и домами, машины и  автобусы, толпящиеся в пробке. Теперь она была в спешке, сама того не желая.
Девушка остановилась, наконец, только когда впереди показалась автобусная остановка с ее покатой крышей, с которой одна за другой скатывались звонкие капельки моросящего дождя. Только сейчас она почувствовала, как по шее стекает вода. Лужи промочили ноги, но все это было как-то незначительно. Таня спряталась под крышу и устремила уже порядком уставший взгляд далеко вперед, откуда из-за поворота должен был появиться автобус. Но, по закону подлости, автобуса все не было. Именно эту часть поездок на общественном транспорте Гербер ненавидела больше всего остального. Когда стоишь на дожде или ветру, ждешь и ждешь этот чертов автобус, а его все нет и нет. Мимо проезжают десятки других, которые едут совсем в другую сторону, а ты стоишь в толпе таких же ожидающих, как ты, людей и тихо всех ненавидишь.
Посторонний звук, похожий на скрип тормозов отвлек Таню. Она обернулась и увидела, как пять или шесть машин, развернутых в разные стороны, мигают и гудят. На мокром асфальте следы от шин и вся толпа зевак всполошена, будто произошло что-то невиданное.
Ох, ну надо же! - сочувствующе охнула и сложила руки на груди стоящая рядом женщина пожилого возраста. Таня только немного приоткрыла рот, все еще смотря через плечо назад. Обычная авария... - моргнула Таня.
Водители принялись выскакивать из своих машин и оценивать повреждения, но брюнетку больше волновало, что теперь из-за этой пробки автобус она не дождется. Девушка недовольно поморщилась. Она с искренним огорчением отвернулась, чтобы не видеть, как мелочные людишки чуть ли не рвут друг другу глотки за поцарапанные бамперы. Но вместо ожидаемых затылков и испуганных глаз толпящихся свидетелей, Таня опять встретила этот тепло-желтый собачий взгляд. Эти тигриные глаза того питбулля, которого минут десять назад накормила своим обедом. Она стояла среди группы вымокших людей, широко расставив мощные лапы. Из ее пасти клубьями бело-серого пара вырывался горячий воздух, словно собака запыхалась, идя по следу Тани через длинные и петляющие улицы. Собака держала в пасти пакет, похожий на те, что Таня везла домой, а ее острый взгляд смотрел прямо на Таню. Ни куда-либо еще. Увидев что собака держит в зубах, Таня рассеяно оглядела стоящие на скамейке сумки. Одной не хватало. В непонимающем удивлении она открыла рот, вдыхая холодный влажный воздух.
Девушка сделала шаг вперед и с заметным усилием присела на корточки. Она осторожно протянула нежно-белые тонкие ручки вперед и сняла пакет с больших клыков. Держа маленький пакет в руках, девушка смотрела на питбулля. Она наклонила голову чуть в бок и с благодарной улыбкой прикоснулась к ее голове, поглаживая грязную шкуру. Спасибо тебе.
Теперь ее чувства стали еще печальнее и запутаннее. Оставить собаку на улице она не могла. Человеческая ответственность, основанная на поспешных решениях, что всем потерявшимся нужна помощь, не оставляла Таню. С другой стороны одна такая собака у нее уже была. Потеряшка, которой Таня пожелала помочь... Сбежала в тот же день. В тот день девушка задумалась о том, что не всегда очевидное можно приравнять к действительности и не всегда те, кому по нашему скромному мнению нужна помощь, по-настоящему в ней нуждаются.

+1

6

Можно ли верить существу, которое всю свою жизнь знало лишь убийство? Люди не меняются, но меняются ли собаки, вот в чём вопрос? Разве может быть она простым питомцем, которого не страшно погладить, разве может стать Юта нянькой для Таниного ребёнка? С другой стороны, - рассуждала собака, девушка может не помнить той драки. Например, если доберманиха давно сдохла или сбежала.
Но Юта никогда не умела притворяться, она знала, что её легко спровоцировать на агрессию и тогда её просто вышвырнут из дома, если, конечно, не убьют. С другой стороны, то вечное, неумолимой притяжение улиц уже ослабло для неё. Бывало, она с некоторой тоской смотрела на холеных домашних собак: на безбашенных лабрадоров, виляющих людям своими толстыми, твердыми хвостами. На мелких йорков, которые при виде неё вжимались в асфальт. На овчарок, которые облаивали её, бродячую собаку, а затем любовно заглядывали хозяину в лицо. Изредка видела Юта и собак своей породы, но они чаще всего, казалось, игнорировали весь мир. На коротких поводках, пристегнутых к строгим ошейникам, часто в намордниках; хочешь ли ты такой жизни, Юта? Ты будешь есть из миски, спать на мягком диване в тепле и уюте, но за пределами дома ты - потенциально опасна и ты станешь ощущать это каждой клеточкой своего тела. И это будет лишь подогревать огонь ярости внутри тебя. Каковы ожидания, такова и реальность.
Само то, как стать домашней собакой всегда казалось Юте делом очень легким. Она думала, что стоит только выбрать этого особенного человека, как всё остальное устроится само собой.
Все эти мысли проносились в её голове в  те секунды, которые остановились в соприкосновении взглядов Юты и Тани. Юте вообще ни разу не приходило в голову, что она может быть не нужна тому человеку, за которым захочет пойти. Может мне пойти с ней? - подумала собака, с прищуром вглядываясь в лицо Тани. Меня зовут Гелиос Юта, это ты на моём ошейнике прочитать можешь. –проговорила она, отметая тот факт, что человек её всё равно не поймёт.
Темноволосая девушка присела на корточки перед ней и вынула из пасти собаки свой пакет. Улыбнувшись, девушка поблагодарила Юту. Спасибо в рот не положишь – деловито проворчала та; рука потянулась к её голове и собака чуть припала к земле, прижав к голове купированные уши. Но мягкая ладонь просто погладила грязную шерсть, давно впитавшую в себя всю серость этих улиц. Выпрямившись, собака забавно, словно озадаченно сморщила лоб.
Девушка задумалась, а Юта всё разглядывала её; быть может, думала о том, может ли скрываться коварство за этим добродушием и лаской. Толпа людей понемногу рассасывалась, дорожные службы, приехавшие на место, разряжали обстановку. Отведя взгляд в сторону, Юта вдруг увидела до боли знакомый светло-серый фургон. Оскалившись, она резко развернулась и ринулась бежать, расталкивая прохожих, которые, размахивая руками, указывали служащим на беглянку. Со всех ног, мощно загребая под себя пространство, собака неслась вдоль набережной, оставив Таню и свои не воплотившиеся в реальность мысли далеко позади. Но разве ж собаке обогнать машину? Юта это понимала и, когда почуяла за своей спиной смрадное тарахтение, затормозила и, протиснувшись сквозь литую ограду, бросилась вниз, в холодную воду. Зажмурившись, она встретила своим вытянутым в струнку телом, кажущимся издалека таким тонким, рябь воды и погрузилась в неё, казалось, не торопясь всплывать. На какой-то краткий момент она, казалось, даже потеряла сознание. Но всё же, разбив купол волны квадратной головой, Юта вынырнула, скалясь и хаотично работая лапами. Она боролась с волнами, с природой; но это казалось ей легче, чем схватка с человеком. С любым диким зверем (да и с домашним тоже) Юта могла драться, пускать в ход свои челюсти, когти, мощь; здесь она могла плыть, но с человеком, чьим оружием были палки, ружья и отравляющие вещества, бороться было крайне сложно.
Окутанная неспокойной сегодня водной стихией, сырым ветром, дующим с океана, собака быстро скрылась из виду. Её судьба осталась неизвестной для десятков любопытных глаз, перевесившихся через ограду, и азартно переговаривающихся между собой о возможном исходе происходящего.
А Юта выбралась где-то далеко отсюда. И, устало тяжело дыша, медленно ушла в угрюмые серые дворы, оставляя за собой мокрую дорожку следов.

+2

7

-Окружной приют Лос-Анджелеса. Слушаю. - звонкий женский голос отозвался на том конце провода после долгих гудков.
-Добрый вечер. Я ищу собаку... - Таня говорила слегка сконфужено, сама понимая, что ее поиски скорее всего ни к чему не приведут. Еще понятнее было то, что о дворняге, которую просто ради праздного интереса кто-то ищет, никто волноваться не станет, поэтому она решила немного приврать, - Она сегодня сорвалась с поводка и сбежала в районе Рокуэл-стрит... - Таня изобразила глубочайшую скорбь и печаль одним своим тоном, при этом открывая входную дверь дома и вытирая ноги, - Я переживаю за нее. Она очень мне дорога.
Таня прошла в прихожую, держа телефон прижатым ухом к плечу и с сумками в руках. Она буквально ввалилась домой без сил.
-Джилл, я дома! Нет, это я не вам.. Пакеты с шорохом были брошены на пол.
-Как она выглядела? - голос девушки на том конце провода казался сочувствующим.
-Эээ.. Сейчас.. Она такая... Достаточно крупная питбуллиха, шоколадно-рыжего цвета, у нее желтые глаза и старый кожаный ошейник. - брюнетка искренне вздохнула. Больше никаких признаков она не смогла вспомнить. Она посмотрела в зеркало. Оттуда на нее смотрело усталое и слегка взволнованное лицо.
-Сейчас я посмотрю есть ли кто-то похожий у нас... Не вешайте трубку.-услышала Таня в ответ. Она взяла телефон в руку и прислонилась к двери. В ожидании ответа, она слегка волновалась. Каковы шансы найти того самого рыжего питбулля в огромном мегаполисе и его окрестностях? Я скажу. Мизерные. Но Таня была готова бросить силы на поиски этой собаки, если только есть хоть один крохотный шанс того, что она может найтись и разрешить себе помочь.
Девушка медленно прошла в гостиную и огляделась. Джилл не было дома, но везде горел свет. Она с заметной усталостью села на диван, когда сотрудница приюта снова взяла трубку.
-Сожалею, но у нас такая собака не объявлялась.. Нет никого даже близко похожего.
Громкий вздох брюнетки отозвался шумом в трубке.
-Жаль.. Вы только.. Если вдруг она появится, перезвоните мне. В любое время.
Девушка дошла до камина. Там, на широкой полке, вырубленной из цельного бруса, стояли фоторамки. Большие, маленькие... На каждой из них были отрывки самых дорогих ей моментов жизни. Вот семья, вот университет, вот она, окруженная любимыми домашними животными... Грусть от собственного бессилия охватила девушку.
Всякое бывало на ее жизненном пути. Многое поменялось с тех пор и многое еще предстоит пережить, Таня это точно знала. Но сколько бы не было этих сменяющих друг друга ошибок и помех, она всегда шла в нужную сторону. Всегда, пусть даже по началу этот путь казался неверным. Нужно сказать, что все, что только происходит, все это к лучшему. Один за другим проходили дни и месяцы, один за другим забывались пережитки прошлого и многое, что раньше казалось невероятно важным. Со временем и стечением обстоятельств истончилась и сострадательность Тани к другим. Наверно, это жизнь научила не подставлять щеку, если не целуют.
Но вот, сегодня... видя брошенное и потерянное, может, как и она, потерянная в своем сознании и, порой, горьком опыте,  существо, душа её вспоминала о том, что раньше была не такой. Тогда она могла протянуть руку помощи любому, не зависимо от того насколько хорошо была знакома с этим человеком, она была понимающая и чувствительная, несмотря на свою внешнюю твердость. Теперь она все чаще стала замечать, как неприветливо выставляла колючки на каждого неизвестного, кто не вызывал у нее доверия.
Эта собака, питбулль, конечно, не могла вызывать у нее полного доверия. Все же пес, воспитанный улицей, не мог быть безопасен. Но что-то в этих тигриных глазах было свое, родное... Там была уверенная в себе, хоть и потерянная на извилистом пути судьбы натура. Во многом такая же, как и она сама.
Таня положила телефон на стол и ушла разбирать вещи.
Ни через день, ни через два, ни даже через неделю ей так и не перезвонили. И со временем, конечно, Таня перестала думать об этой собаке. Но огонек надежды так и не погас в ее душе. Если есть хоть один шанс, то он стоит надежды.

+1


Вы здесь » Horsepower » Отыгранный ФБ » Не отрекаются любя